К юбилею Мохсоголлохского цементного завода
15 сентября 2021 года исполнилось 50 лет, как состоялась церемония розжига первой печи Якутского цементного завода. Знаменательный день не только для строительной индустрии Якутии, но и всего Дальневосточного региона.
Строительство завода проходило под началом управления «Главцемент» Министерства промышленного строительства СССР, что демонстрирует чрезвычайную важность данного объекта.
Недаром цемент называют «хлебом строительства» — эту аксиому знает каждый строитель. Якутский цементный завод долгие годы был единственным производителем цемента по всему Дальнему Востоку. Представляете, какая ответственность была возложена на его строительство? Недаром все курировалось непосредственно правительством Советского Союза.
Почти все жилые дома и промышленные объекты не только Якутска и Покровска, но и Дальнего Востока, построенные после 1971 года, возведены благодаря цементу, состоящему из известняка месторождения «Сааһаабыт», олекминского гипса. Правда, железистый компонент — огарки, доставляются из-за пределов республики.
И вот, на строительство такого гиганта, Мохсоголлохского цементного завода, прибыли мы, четверо выпускников Якутского госуниверситета, новоявленные инженеры-строители.
Легкая паника среди выпускников присутствовала еще до распределения: лишь бы в Мохсоголлох не назначили. Причиной тому было привлечение к строительству завода «зеков» из исправительно-трудовой колонии (ИТК) Nº 6.
Нас, молодых людей тех времен, трудности не страшили, но были дополнительные, так сказать, субъективные моменты. Например, руководители тех времен, в большинстве своем, как говорится, «университетов не кончали», больше были «практиками».
Судьба их не баловала, учиться было некогда. Судьба поколений военного лихолетья, логика мобилизационной экономики.
Бывало, что они, не сказать, что специально, но между делом испытывали молодых специалистов. У людей суровой судьбы требования были соответствующими. Всем знакомый мотив конфликта «отцов и детей», как вы знаете, жив до сих пор: «Да мы в их годы…»
Работа с заключенными или, правильнее сказать, со «спецконтингентом», конечно, имеет свои трудности. Среди них есть разные люди. Разумеется, не все убийцы и грабители, не все, как говорят, конченые… Есть попавшие «в места не столь отдаленные» по собственным, и не только, ошибкам. Есть несправедливо осужденные. «Мужики», которые были осуждены по мелким преступлениям и поддерживающие «воровские понятия», можно ска-зать, временно.
Но основополагающим критерием для них была справедливость. Это понятие у них, конечно, имеет свою специфику, но она стоит очень остро и обязательно. Попробуй обмануть или схитрить с ними. Ведь совершенно здраво требовать, чтобы со мной хотя бы в исправительной колонии обходились без обмана. Надо это понимать. Тогда и выясняется, что они от других людей мало чем отличаются.
Поначалу, бывало, терял своих работничков. Огромный строительный объект, есть куда спрятаться, обустроить «блатной куток».
Разбредаются по всему объекту, кучкуются по группам и не до работы им — варят «чифирь», режутся в карты… В лучшем случае, труд на огромном объекте оставил в памяти заключенных хорошие воспоминания.
Сегодня, думаю, мало кто из молодых специалистов согласился бы работать в таких условиях. Например, я постоянно работал в ночную смену. Ночным мастером, ночным прорабом… По окончании смены приходилось вздремнуть в конторе СМУ «Промстрой» в Покровске прямо на бильярдном столе, зеленое суконное покрытие которого и подушка из полотенца остались в моей памяти навсегда… Хорошо, если поспишь часа три после ночной смены, но с приходом конторских приходилось бежать умываться на Лену.
Само собой понятно, что руководить людьми ночью, то есть в ситуации ограниченной видимости, намного труднее. В темноте не видно, кто чем занимается. Но дело не только в том, чтобы разоблачать лодырей, а в том, что нет цельной картины происходящего, что, несомненно, усложняет работу.
бывало разное. Сами посудите, у меня на смене работали 34 вольнонаемные девушки — штукатуры-отделочники. В ночную смену под конвоем привозили заключенных.
Как-то раз забираюсь на здание шлам-бассейнавысотой 27 метров, а там нешуточная кутерьма — двое из спецконтингента вовсю силятся сбросить из окна нашего практиканта из техфака ЯГУ Володю Кудреватых! Конечно же, бросился вызволять. Выяснилось, что сыр-бор возник опять же из-за девушек, Володя вступился за них, возник конфликт… Скажу я вам, что зеки очень информированные люди. Конечно же, они знали, что я спортсмен, известный легкоатлет и чемпион республики по борьбе. Но это их, мало сказать, не пугало, а вообще не волновало. Как уже сказал, они послушались меня, только потому что я к ним относился по-человечески.
На огромной строительной площадке разное случается. Девушек на работу привозили из Покровска на открытой бортовой машине ЗиЛ-157 всегда вовремя, а вот после смены ожидания длились порой до трех часов. А чего стоили баталии за бетонный раствор! У всех гонка за планом, всем нужен раствор здесь и прямо сейчас. В особо напряженных случаях я приходил в сопровождении особо видных собой «коллег», что часто очень даже помогало.
Во время испытательного розжига печи обжига возникла чрезвычайная ситуация. Водитель машины КрАЗ, принадлежавшей нашему подразделению, после разгрузки проехался, забыв опустить кузов, и тут же повредил трубу для подачи газа. Как назло, испытания должны были осветить в республиканских СМИ, потому на площадке было столпотворение из журналистов и телевизионщиков. Вышел конфуз, но в то время негативы не тиражировали.
Хорошо, что форс-мажор был до розжига, а случись это в процессе эксплуатации, были бы большие неприятности.
Работа в цементном заводе заложила основу всей моей профессиональной деятельности. Я всегда с добрыми чувствами вспоминаю весь коллектив СМУ «Промстрой» объединения «Якуттяжстрой» под руководством Георгия Павловича Колупаева. Его заместителей Е.П. Евстропова, В.П. Шипкова, Ф.Я. Липовского, начальника участка, старшего прораба М.И. Тиманова и многих других… Все они были прекрасными людьми, настоящими профессионалами. Именно их пример самоотверженного отношения к делу вел меня по ухабистым дорогам профессионального роста.
Напоследок вспомнилось общение с вторым директором цементного завода Станиславом Васильевичем Осипенко.
Тогда я работал начальником СМУ«Межколхозстрой» Орджоникидзевского района и встретил его на острове Дьэкэмдэ, что между селами Кытыл-Дюра и Синск. Аккурат там, где на левом берегу распо-лагалась нефтебаза «Крестях». Тогда мы вдвоем приехали в Синск, где у нас были строительные объекты, и решили поохотиться на уток. В этом нам помог директор совхоза «Синский» Данил Николаевич Леверьев, подбросивший нас на УАЗе до Крестяха, а когда мы по вспученному льду добрались на остров, то оказалось, что там уже расположилась команда Осипенко. Было несколько неудобно, места ограниченные, а тут еще мы!
Осипенко был из Украины. В те времена слово «хохол» было не ругательным, а скорее, шутливым, чуточку подтрунивающим.
И среди «хохлов» было множество очень честных, добрых и порядочных людей. Станислав Васильевич оказался очень неравнодушным человеком. Там была база коневодов, и я взял их манки, которые валялись возле избушки, и собрался было установить на талых водах, а он говорит: «Вы не правы, молодой человек. Это не ваши вещи, нельзя брать чужое добро без спроса».
Я отвечаю, что у нас так положено испокон веков — воспользоваться и положить обратно на место. И мы разговорились. Оказывается, он живо интересуется историей Якутии.
— Молодой человек, вот, по переписи 1913 года в Якутии, да и целом по России, оказывается, заготовляли два раза больше сена. Почему так? Раньше ведь вручную все делали, а мы механизированными и полумеханизированными звеньями, привлекая при этом общественность, городских жителей, школьников, студентов, заготавливаем два раза меньше. Соответственно тогда скота и лошадей раза два было больше. Почему так?
Я тогда был молод и такими вещами голову не забивал. Но это запомнил и с годами убеждался, что большие руководители на все обращают внимание, всем интересуются, в своих мыслях со всего отталкиваются. И получается, что молодой человек, казалось бы, от пустячных разговоров с «аксакалами» получает огромную пользу — заряжается их жизненной, познавательной энергией, что стимулирует, не побоюсь громких слов, к свершениям.
Иван Горохов, заслуженный работник народного хозяйства РС (Я), почетный работник транспорта РФ, почетный строитель РС (Я), почетный работник воздушного транспорта РС (Я), почетный гражданин Хангаласского, Вилюйского, Абыйского, Верхоянского улусов.
(Из книги «Иван Иванович Горохов»)